V | Виктория




Галерея «Виктория» вернулась в год своего 20-летия. Большим арт-событием возвращение стало не только для Самары. О пространстве для искусства в 1200 метров на берегу Волги написали топовые федеральные и региональные издания по архитектуре и культуре. У жителей города есть возможность выстроить свой опыт взаимодействия с обновленным пространством — его выставками, мастерскими, библиотекой, кафе. Команда Галереи «Виктория» рассказывает о своих планах, ожиданиях и целях, связанных с пространством Галереи, о локальном кураторстве, поддержке художников и поддержке зрителей, знакомящихся с современным искусством.  






Сергей Баландин 
Генеральный директор Галереи «Виктория»
 
В Галерее
С начала марта я являюсь директором Галереи. До этого больше десяти лет я работал в ней сначала специалистом по связи с общественностью, затем куратором. На этот год еще запланировано несколько моих кураторских проектов, но, конечно, теперь фокус моего внимания смещается в сторону общей поддержки направлений работы Галереи.



Каково это открывать Галерею именно в такой момент мировой истории?
Безусловно, в эпоху, когда «рвется связь времен», и отовсюду мы слышим о все новых и новых конфликтах, роль искусства возрастает стократно. Во-первых, потому что многие люди хотят сбалансировать тревожные новости красотой и приятными эмоциями. А с другой — высокое искусство всегда давало людям возможность не прямо, а, что называется, эзоповым языком осмыслить происходящее спокойно, словно на приеме у психолога. Мы понимаем актуальность и ответственность этой миссии и хотели бы быть таким местом и отдыха, и размышлений.
 
Чем вы объясните рост продаж работ российских молодых художников и всплеск интереса к коллекционированию современного искусства?
Здесь есть несколько причин. Первая — поколенческая. Рынок художников советской эпохи оскудел, крупные и значимые вещи уже где-то осели. Они уже оценены и скачков цен не предвидится. Коллекционеры Перестройки и 1990-х хотели «шедевров» и быстро их исчерпали. Новое поколение коллекционеров понимают, что если они хотят иметь вещи музейного уровня, им нужно искать художников, которые окажутся в музее в будущем. Отсюда ставки на молодых, на экспериментальное искусство, инвестиционный венчурный подход к покупкам.
Вторая причина — такая же банальная: санкции, которые сократили истеблишменту возможность покупать за рубежом. Коллекционеры повернулись лицом к российской сцене, а выработанный вкус подсказывает им, что более всего мировому уровню соответствуют именно работы молодых авторов, лишенных клише постсоветского искусства.
Третья — тот культ молодости, который в России вырабатывался с конца 2000-х, когда в Москве стала проходить биеннале молодых художников, а у государственной премии в области современного искусства «Инновация» появилась номинация «Новая генерация». Категорию «молодости» и ее пределы стали обсуждать даже в Государственной Думе. Все это создает определенный флер вокруг молодых авторов, помогает их быстрому взлету, делает в определенных кругах именно их героями нашего времени.
 
В чем вы видите вашу миссию на своей должности?
До этого мои коллеги помогали мне в моих проектах, теперь настала моя очередь помогать им и сделать так, чтобы это место работало как часы, было островком культуры для самарцев и гостей города.
 
Что интересно в современном искусстве вам именно сейчас?
Текучие формы, свободное обращение с любыми, даже недолговечными материалами. Их недолговечностью и предлагают любоваться художники. Скажем, сейчас в зале «А» Галереи «Виктория» находится инсталляция Анны Комаровой «Хора», которая представляет собой корни тополей, срубленных недалеко от Галереи. Художница превратила их в скульптуры, а рядом, прямо в зале, она высадила три тополиные ветки, у которых уже набухли почки, и мы ждем, что они зацветут к концу выставки. Это искусство невозможно передать потомкам, но оно ставит нас перед фактом, что жизнь вечна именно благодаря своей способности меняться, расти, жить даже в расчлененном состоянии.
 
В чем специфика кураторства в Самаре: что интересно и важно именно вам во взаимодействии со зрителем и что — с художником?
У Самары есть контекст: история, Волга, архитектурная и ментальная характеристика городских районов. Зритель, как правило, — местный обыватель, а не турист и не знаток. Отсюда и свои правила: нужно быть понятным, не сужать тему, а мыслить широко, выстраивая маршрут впечатлений, подобный плавному движению реки. Не забывать делать проекты, посвященные самому городу, чтобы зритель не думал, что Самара и искусство — это какие-то мухи и котлеты. Мы город-миллионник, а значит, культурная столица, у нас есть метро. Выставки должны немного на это намекать человеку, слишком долго пролежавшему на пляже.
 
Ваш ответ на вопрос о роли современного искусства со временем менялся? Как вы отвечали на него раньше, как — сейчас?
Я всегда считал, что искусство учит свободе. Свободно чувствовать, думать, выражать себя. И это про любое время. Как сказал один художник «Всякое искусство было современным».
 
От чего кайфуете больше всего в новом здании?
От отсутствия дверей между выставочными залами. Для архитекторов это — символ текучей реки, для меня – отсутствия преград между человеком и искусством.
 
3 главных термина да и вообще слов в современном искусстве в 2026 году? 
Объектно-ориентированная онтология (ООО) — философское учение, которое смещает фокус с человека на бытование других форм жизни. В примере с Анной Комаровой: она не изображает прорастающую ветку, а дает прорасти ветке самой перед зрителем.
Неоинфантилизм — обращение художников к миру детей, наивности, использование в работах игрушек, розового и голубого цветов. Представление о том, что устами младенца глаголет истина, даже если это лепет.
Соцсети — в современном мире это не только средство общения, «расшаривания» информации. Это медиум. Многие видеоработы снимаются на телефоны и имеют вертикальную ориентацию. Их первая публикация — не в галереях, а в соцсетях. Есть выставки, которые длятся пару часов, фотографируются и дальше существуют только в фотоальбомах своих авторов. Часто само поведение людей, контент, который они выкладывают, становятся предметом художественной пародии и осмысления художниками. Соцсети и реальность уже много лет являются сиамскими близнецами, и это не может не отразиться на искусстве.
 
Что сегодня вам дает надежду и чувство опоры?
Конечно, наша команда, которая состоит из энтузиастов, горящих своим делом!
 
Каким определяете для себя курс развития «Виктории» и ее значения среди других институций современного искусства в России? 
Галерея «Виктория» — это порт, где встречается мировое и локальное. Мы показываем самарцам лучшее из российской и мировой практики современного искусства и поддерживаем местных художников, предоставляем им возможности для развития, производства работ, продавая их на своих аукционах и на столичных ярмарках. Для нас очень важна наша самарская идентичность, которую мы считаем не хуже ливерпульской, например. И это двунаправленное движение, пожалуй, выделяет нас на фоне других галерей и музеев.







Анастасия Альбокринова
Куратор
 
В Галерее
Занимаюсь полным циклом жизни выставки — 
от зарождения концепции до финальных работ на монтаже.


Чем вы объясните рост продаж работ российских молодых художников и всплеск интереса к коллекционированию современного искусства? 
Не думаю, что сейчас какое-то особенное время в отношении рынка искусства. Им интересовались всегда, просто разным и по разным причинам. Но именно сегодня интерес к коллекционированию подстегивается низким порогом входа. Малоформатные произведения, тиражная графика, керамика доступны среднему кошельку. Это форма поддержки художников в начале их пути.
 
В чем вы видите вашу миссию на своей должности?
В репрезентации художественной жизни российских регионов, в знакомстве самарской публики с нарративами и смыслами, которыми живет искусство и его авторы. И наоборот — в популяризации всего, что создано и создается здесь, в Самаре, и за ее пределами. Также важным в деятельности галереи считаю создание условий для возникновния нового искусства, исследование его пограничных форм, в медиальном и концептуальном эксперименте.
 
Что интересно в современном искусстве вам именно сейчас?
В последнее время меня интересуют глубинные региональные исследования. Мне хочется смотреть на новейшую историю искусства - самарского, сибирского и любого другого — и наблюдать течения, выстраивать связи между авторами, видеть взаимовлияние идей и произведений.
 
В чем специфика кураторства в Самаре: что интересно и важно именно вам во взаимодействии со зрителем и что — с художником? 
Мне как куратору Галереи «Виктория» кажется важной миссия основания культурного «порта» на Волге — места встречи глобального и локального. Это касается зрительского опыта — мы даем возможность сблизиться с искусством, почувствовать его, а, возможно, и понять. Это касается и опыта художника: «Виктория» выступает площадкой, в которой на самом высоком уровне могут быть реализованы проекты как восходящих локальных авторов, так и звезд мирового искусства.
 
От чего кайфуете больше всего в новом здании? 
От того, что мы наконец можем в нем работать! Почти три года подготовки в тесном офисе — и сейчас мы по-настоящему пользуемся этими прекрасными пространствами, а некоторые (например, студии шелкографии и керамики, классный двор, да даже выставочные залы) — еще только раскрывают свой потенциал, и на то чтобы увидеть все их возможности уйдет несколько лет! 
 
5 главных терминов да и вообще слов в современном искусстве в 2026 году?
Я не готова ответить за все современное искусство, скажу что актуально лично для меня и отражено в тех проектах, которые я делаю для «Виктории» : сайт-специфичность, спекулятивное измерение, транс-географичность, перформативность, новейшая история.
 
Что сегодня вам дает надежду и чувство опоры?
Люди, которые создают искусство, и люди, которые создают для этого условия — все, от кураторов до хранителей, дизайнеров и медиаторов. Люди 2026 года для меня — это команда Галереи «Виктория»: в них моя надежда и моя опора. 






Виолетта Гришина
Директор по развитию
 
В Галерее
Основное направление моей работы — это мастерские. В качестве преподавателей приглашаю художников делиться своим опытом и отношением к искусству. Больше всего времени уделяется коммуникации с преподавателями и студентами курсов. Также формирую и передаю информацию о мастерских в пиар-отдел, составляю расписание занятий, закупаю расходные материалы, планирую отчетные выставки наших студентов. Так как мастерские — это территория экспериментов в том числе и с выставочными форматами, одной из самых интересных возможностей стало выставочное пространство под открытым небом на нашей смотровой площадке. И я чувствую свою персональную ответственность за уровень тех мероприятий, которые там будут проводиться в теплое время года.



Каково это — открывать Галерею в такой момент мировой истории? 
Несмотря на непредсказуемость текущих событий, важно знать, куда ты направляешься, не теряя самообладания. Профессионалы, верящие в свое дело, — это наш коллектив.  С такой командой, думаю, у нас есть шансы не только помочь художникам быть услышанными, но и вдохновлять наших горожан. Хочется, чтобы они гордились своим городом и чувствовали: здесь происходит что-то живое и настоящее. 
 
В чем вы видите вашу миссию на своей должности?
Для меня важно, чтобы люди приходили в Галерею не только как зрители, пассивные наблюдатели, но чтобы они становились активными, вовлеченными участниками, чтобы у них возникал интерес сделать что-то самим. Поэтому на мастерские возложена важная образовательная функция. Когда люди пытаются что-то сделать своими руками, они начинают понимать, какого уровня мастерства или интеллектуальных усилий следует достичь, чтобы создать ту или иную работу. Это буквально помогает лучше разбираться в искусстве. Во-вторых, очень важна коммуникация. Так как все курсы предполагают групповые занятия, люди начинают общаться, обсуждать работы друг друга и сравнивать их с работами известных художников. Если бы они встретились просто на выставке, вряд ли вступили бы в такое обсуждение, но когда вы заняты общим делом, что-то вместе рисуете или лепите, это происходит значительно проще. В-третьих, благодаря мастерским у нас не только формируется лояльная аудитория зрителей — какой-то процент этих людей становится художниками, и для нас это самая большая радость. Все еще силен стереотип, что современное искусство — это что-то, что может сделать любой. Наши мастерские как раз предлагают попробовать: приходи, бери, делай и покажи публично свое творение. Искусство — это всегда вызов, это всегда способ заявить о себе или своих взглядах на мир в публичной сфере. Это интересно и ответственно, так как твоя работа может вызвать всеобщее одобрение или, наоборот, будет отвергнута. Искусство всегда про смелость быть самим собой, быть интересным самому себе.
 
Что интересно в современном искусстве вам именно сейчас? 
Меня как художника интересует взаимодействие виртуального и реального. Работа на контрасте: между искусственным и живым, между цифровым и тактильным, переходы искусства между этими мирами — между идентичностью в соцсетях и поездкой в трамвае.
 
В чем специфика кураторства в Самаре: что интересно и важно именно вам во взаимодействии со зрителем и что — с художником?
Не могу сказать про самарскую специфику, но могу про свое понимание кураторства. Хорошая выставка — это когда куратор предоставил возможность художнику показать то, что невозможно описать словами, а зритель пришел и почувствовал интенцию автора. Это именно не понятийное, а чувственное восприятие, подобное навыку держать равновесие или чувствовать сцепление. В общем, произведение — это такой велосипед. Новичок не знает, как ехать. Он видит, как другие катаются, но сам не понимает, что делать. Куратор — это человек, который все знает про велосипеды, может объяснить, как надо ехать, и даже может страховать зрителя от падения. Думаю, что художники каждый раз изобретают велосипеды, а зрители каждый раз испытывают чувство свободы, когда они, взаимодействуя с искусством, не падают, а понимают и чувствуют. Пожалуй, чувство свободы — это главное чувство, которое вы испытываете, столкнувшись с хорошим искусством. 
 
От чего кайфуете больше всего в новом здании?
Не могу выделить что-то одно, потому что принимала участие в обсуждении каждой локации и радуюсь буквально всему: и входу с набережной, и кофейне, и магазину. Обожаю нашу детскую студию (ее необходимость, кстати, была сначала под вопросом). Мастерские — просто моя любовь, хранилище музейного уровня, роскошная библиотека и бесконечно прекрасная смотровая площадка на крыше. Наш коллектив получил мечту, в том числе потому, что очень хорошо знал и понимал, какой должна быть современная галерея в современном городе. 
 
5 главных терминов, да и вообще слов в современном искусстве в 2026 году?
Не ощущаю в себе необходимой экспертности, чтобы не только выделять главные термины, но и делать это именно за 2026 год в отрыве от предыдущих. По моим ощущениям, по-прежнему актуально глобальное и локальное, идентичность, культура отмены, усталость, социальное напряжение.
 
Что сегодня вам дает надежду и чувство опоры?
Любовь к своему делу и к близким людям.






Дарья Волкова
Куратор научно-просветительского направления
 
В Галерее
Занимаюсь библиотекой, архивом и лекторием, а также развитием инклюзии и доступности


Чем вы объясните рост продаж работ российских молодых художников и всплеск интереса к коллекционированию современного искусства?
Популяризаторской работой Галереи «Виктория» и лично Сергея Баландина. 
 
В чем вы видите вашу миссию на своей должности?
Миссия — это офигеть громкое слово, конечно. Я просто стараюсь хорошо делать то, что умею. Думаю, было бы неплохо, если бы самарцы смогли услышать классные лекции про искусство и не только. Кто-то первый раз придет в Галерею и потом втянется, а кто-нибудь найдет в нашей библиотеке литературу для своего диплома или научной статьи — вот хорошо будет.
 
В чем специфика кураторства в Самаре: что интересно и важно именно вам во взаимодействии со зрителем и что — с художником?
Во взаимодействии с художником главное — не прибить его к чертовой матери. Я не знаю, я куратор лекторов и книг, к тому же, сложно сказать про специфику в Самаре, ведь в других городах я не работала столько, чтобы понять отличие.
 
Ваш ответ на вопрос о роли современного искусства со временем менялся? Как вы отвечали на него раньше, как — сейчас?
В юности я терпеть не могла современное искусство, теперь оно меня интересует, интригует, шокирует и восхищает. Искусство — это очень прикольно! Искусство — это источник удовольствия, как еда, спорт, секс и общение с людьми, только здесь — картины, перформансы, музыка, театр и так далее.
 
От чего кайфуете больше всего в новом здании?
У меня самый лучший вид из окна.
 
5 главных терминов да и вообще слов в современном искусстве в 2026 году?
Мультисенсорность, партисипаторность, деколониальность, женщина и пусть будет еще раз женщина.
 
Что сегодня вам дает надежду и чувство опоры?
Собака.
 







Анастасия Тихомирова
Директор книжного магазина
 
В Галерее
Я занимаюсь подбором книг, операционными задачами, организацией работы команды магазина, а также коммуникацией с издательствами, художниками и проектами, которые хотят продавать свои сувениры у нас. В дальнейшем я буду вести ридинг-группы, организовывать презентации книг, коллаборации с другими проектами в Самаре и не только.


В чем вы видите вашу миссию на своей должности?
В первую очередь способствовать тому, чтобы Самара стала важным центром книжной культуры в России, а Галерея бы расширила свое коммьюнити.
 
Что интересно в современном искусстве вам именно сейчас?
Интересно наблюдать, как современные художники перепридумывают свои художественные методы, и как их в работах отражается дух времени. Кажется, что самые мощные работы еще только грядут, и я больше нахожусь в режиме ожидания.
 
От чего кайфуете больше всего в новом здании?
От огромного количества свободного пространства, света, и панорамных окон с видом на Волгу, конечно же. Плюс — любимая кофейня под боком.
 
5 главных терминов да и вообще слов в современном искусстве в 2026 году?
Возможно банально, но — ответственность, честность, сострадание, открытость и любовь.
 
Что сегодня вам дает надежду и чувство опоры?
Близкие люди.
















 
06 апреля 2026
Читайте также:
Наверх