Герой апрельской обложки ГЛЯНЦА – пластический хирург, основатель, главный врач «АМС-Клиники» Николай Ушаков. Проводит технически сложные операции подтяжки лица. Те самые, что обеспечивают вау-эффект: не просто возвращают молодость, но и делают пациентов привлекательнее, чем на фото с выпускного. Застав Николая Геннадиевича на конгрессе пластических хирургов в Петербурге, поговорили о том, куда движется современная пластическая хирургия, и когда на самом деле пора записаться на консультацию к специалисту. Для того, чтобы выглядеть моложе своих лет, уверен Николай Геннадиевич, совсем не обязательно дожидаться старости.
Вы учились у ведущих мировых пластических хирургов, вы оперируете категориями мировой пластической хирургии. Почему вы до сих пор в Самаре – не в Москве, не в одной из нефтяных арабских стран? Вам есть что предложить?
Мне не нравится сама идея централизации качественных услуг, сервиса и всех благ цивилизации. И уж тем более доступ к хорошей медицине должен быть повсеместным, а не только у жителей столиц и мегаполисов. Мне посчастливилось пройти обучение у ведущих пластических хирургов, посмотреть на работу в их клиниках, я продолжаю посещать знаковые конференции, на периферии точно себя не ощущаю. Тем более что ко мне приезжают пациенты не только из разных городов России, но и разных стран. Мне интересно продвигать свое дело там, где я родился. Что касается нефтяных арабских стран, тут сама история ответила на вопрос.
Если обернуться назад и вспомнить весь ваш путь в пластической хирургии, какие будут эмоции?
Я испытываю огромную благодарность к своим учителям, огромную благодарность за доверие к своим пациентам, с каждым из которых мы прошли свой путь. И, конечно, оглядываясь назад, уважаешь себя за масштаб проделанной работы: от одноклеточного существа в пластической хирургии к специалисту, который кое-что умеет в своей сфере. Чувство уверенности, приобретенное с опытом, помогает в работе.
После какого освоенного метода пластической хирургии вы подумали, что вот теперь из любой пациентки можно слепить Галатею?
По большей части это касается хирургии лица и всего что с этим связано. Омолаживающая хирургия лица, радикальные операции по омоложению лица, к ним относятся эндоскопическая подтяжка, глубокий лифтинг — это методики, позволяющие из любого возрастного лица сделать нимфу. К этим же процедурам я бы отнес и ринопластику, потому что нос – центр эстетического треугольника на лице. Как показывает ряд исследований, именно эта точка на лице первой цепляет взгляд. Сейчас ринопластика становится менее травматичной, позволяет добиваться более естественного результата. Когда ты осваиваешь ряд методик, то можешь находить правильный ключ к любому замку, а не пытаться открыть все двери одним-единственным ключом в твоем арсенале.
Курс рисования, скульптуры, считаете, должен быть обязательным при обучении пластических хирургов?
Чтобы создавать красоту, нужно понимать, что такое красота. И у этого эфемерного понятия есть свои выверенные пропорции – «золотое сечение». Со времен Леонардо да Винчи, Микеланджело ничего не изменилось. Они характерны не только для художественного искусства, но и пластической хирургии. Азы принципов рисования, посещения галерей, музеев, выставок существенно развивают насмотренность, вкус и чувство прекрасного.
Самая бесполезная операция на лице, на ваш взгляд?
Удаление каких-либо локальных жировых отложений, типа удаления комка
Биша, а также верхняя блефаропластика как монооперация. Веки обычно
дополняю вмешательствами в периорбитальной зоне. Человек стареет не частями, поэтому подход такой: если мы хотим перемен во внешности посредством пластической хирургии, но так, чтобы результат был естественным, эффективным, то менять все нужно в комплексе.
А если говорить про самую эффективную операцию, на ваш взгляд?
Хороший фейс лифтинг дает те самые минус энное количество лет, вау-эффект и стойкий результат, который так нравится нашим пациентам.
Сколько лет держится эффект подтяжки лица?
Четкого ответа на этот вопрос быть не может, поскольку слишком много
факторов влияют на этот показатель, в том числе и индивидуальных, как, например, состояние покровной ткани (содержание в коже коллагена, эластина). Однако мы говорим пациентам: «Вы всегда будете хорошо выглядеть вне зависимости от того, сколько времени прошло после операции.
Потому что минус 8-10 лет, что удалось стереть с лица в результате операции, – это задел, который останется с вами». Здесь еще важно все сделать вовремя: не ждать 60-70 лет, чтобы решиться на большую операцию и помолодеть. Возрастные изменения в той или иной степени выраженности начинаются в среднем после 35 лет. Жить нужно здесь и сейчас, решать проблемы сразу и наслаждаться результатом. Иначе будет как в притче про человека, который из мешка груш выбирал сначала те, что уже начали гнить, оставляя целые на потом. Но в итоге так хороших и не поел.
При повторной подтяжке пациенту приходится проходить все тот же путь, что и в первый раз?
Видов операций и методик по подтяжке лица несколько. Если представить стандартный путь пациентки, которая в любом периоде жизни желает выглядеть молодо, то он будет следующим. При первых явных возрастных изменениях (35-47 лет), когда признаки опущения овала лица присутствуют, но избытка кожи нет, можно решить вопрос малоинвазивной эндоскопической подтяжкой лица, позволяющей омолодить верхнюю и среднюю трети. К сожалению, ни одна операция не в силах остановить естественный процесс старения, и, когда появляются избытки кожи (45+ лет), требуется подтяжка нижней трети лица и шеи. В дальнейшем в 65-70 лет при необходимости мы делаем повторную подтяжку.
Есть мнение, что среди начинающих пластических хирургов куда больше универсалов, чем среди их старших коллег. С опытом и вправду происходит естественный отбор и часть методик уходит из практики?
Я позволю себе не согласиться с этим тезисом. Слишком часто вижу молодых пластических хирургов
одной методики, которую они пропагандируют как единственно верную и на все случаи. Объясняется это высокой трудозатратностью, внушительными финансовыми вложениями в качественное обучение, а зарабатывать хочется здесь и сейчас. Хотя мой опыт мог бы, напротив, стать доказательством этого мнения. На своем профессиональном пути я оперировал все – что называется, от макушки до пяток. Но жизнь расставляет свои приоритеты, и само собой получилось, что сейчас пациенты чаще обращаются ко мне за ринопластикой и омолаживающими операциями на лице, чем, скажем, за бодилифтом и липосакцией. Хотя эти операции я также выполняю, и выполняю очень неплохо.
Интересное наблюдение относительно маммопластики: почему-то ко мне приходят именно на повторные сложные операции в случаях, когда требуется исправить ранее проведенную операцию.
Возникающие послеоперационные осложнения сильно влияют на душевный мир хирурга?
Такие моменты случаются у всех оперирующих хирургов. Могу сказать, что я все пропускаю через себя. Но что бы ни случилось, нужно брать себя в руки, быть ко всему готовым и сохранять оптимизм, чтобы решить вопрос в пользу пациента.
Как вы считаете, если в ближайшее время в пластической хирургии случится прорыв, то с чем он будет связан?
Сейчас я нахожусь в Петербурге на конгрессе по пластической хирургии и вижу впечатляющие результаты работы известных ринопластов. Красивые, естественные носы без признаков вмешательства. За последние 10 лет методики ринопластики, подтяжки лица существенно изменились – мы совершенно по-другому оперируем, другие результаты получаем. Отвечая на ваш вопрос, можно сказать, что в современной пластической хирургии на протяжении многих лет сохраняется одна тенденция: максимальный эффект, естественный результат при минимальной травматичности. Она будет и дальше
