Рождество, Новый год и самарцы

 
Александр Завальный, заслуженный работник культуры РФ, советник Комитета по культуре, спорту и молодежной политике Самарской губернской думы, член Совета по культуре и искусству при губернаторе Самарской области, член областных и городских комиссий по вопросам самарского историко-культурного наследия, автор ряда книг.

В современной России, в отличие, например, от православных Румынии, Болгарии и Греции, сначала отмечается Новый год от Рождества Христова, а потом почему-то само Рождество. До революции у нас, как и во всем христианском мире, самый главный религиозный праздник приходился на 25 декабря.
Чем заполняли наши земляки эти несколько предновогодних дней? Да как и везде: посещением храмов, весельем, колядками, зимними забавами. Старожилы уверяли, что «любимым и единственным развлечением самарцев» было катание на санях. Периодически впадавший в пессимизм первый самарский литератор /а в 1812 – 1814 годах еще и городничий/ Иван Алексеевич Второв жаловался в своем дневнике на скуку, карты и пьянство, сопровождавшие чиновничий быт уездного города. Разнообразие выпало на третий день после Рождества 1825 года: визиты к начальствующим лицам, обед у действительного статского советника Григория Никаноровича Струкова, игра и чтение комедии «Горе от ума». В тот же день Второв записал: «Наше общество, кажется, худо, не с кем побеседовать… Составляющие лучший круг – эгоисты и пустые».


 
1 января 1851 года самарцам было не до праздника: чиновная братия готовилась к открытию губернии. Последующие два года новогодние встречи проходили в здании Дворянского собрания. Ставший губернатором Константин Карлович Грот предложил чиновникам «взамен визитов приличия в праздники Рождества Христова и в Новый год» делать пожертвования в пользу Алексеевского детского приюта. Желающих нашлось немало, тем более сам губернатор регулярно вносил деньги на нужды приюта. 
С целью поощрения списки жертвователей публиковались в газете «Самарские губернские ведомости».
А для встречи 1854 года Грот «пригласил к себе всех бывших в Самаре дворян и высших чиновников с их семействами». В 9 часов вечера 31 декабря гости заполнили губернаторский дом. «В 10 часов загремела музыка, – делился один из участников торжества, – и мы два часа, почти беспрерывно, любовались стройностью прелестных дам, зефиром по паркету скользивших в кадрилях, кружившихся в галопах, польках, мазурках и вальсах; услужливость кавалеров к прекрасному полу, внимание гостей, стройный хор музыки, прекрасно освещенные комнаты, все гармонировало к одной цели, к общему желанию встретить Новый год. Составляя как бы одно семейство, мы веселились, и радость наша была чистая, непритворная и искренняя. Но вот пробило 12 часов. Радушный хозяин приказал подавать гостям шампанское; все поздравляли его превосходительство с Новым годом, чокались взаимно бокалами, поздравляли друг друга с Новым годом, с новым счастьем. В этих приветствиях выражались разные чувства, разные желания. Затем молодежь танцевала гросфатер, и бал кончился роскошным ужином, в три часа пополуночи».
 
Вошедшая в российскую жизнь новогодняя елка быстро прижилась и у самарцев. Она потеряла свойственный немцам религиозный рождественский характер, и по этому поводу «Самарские епархиальные ведомости» сокрушались: «К сожалению, наша русская елка, перенесенная к нам из заграницы, сохранила только мишуру и блеск, а утратила смысл и значение своего прототипа. Получив характер развлечения, допускаемого на протяжении почти двух недель, она сделалась положительно вредной в отношении физическом и безусловно нездоровой в отношении моральном. Сколько томительных волнений переживают дети, ожидая елки иногда с дорогими и непрактичными подарками, капризничают, раздражаются; а потом друг другу завидуют, сердятся и т.д. Не есть ли это искусственное развитие той неврастении, на которую в наше время стали постоянно жаловаться?! Нужно много искусства и уменья иметь устроителям елки и родителям, чтобы по возможности парализовать действие на детей нежелательного элемента в наших русских елках».
А вообще не будем забывать о главном: Рождество и Новый год – самые веселые и светлые праздники, и какими они будут, зависит только от нас. Самарцы умели веселиться, а уж если кто не знал меры – так кого тут винить? Характерный эпизод произошел во время шумного новогоднего торжества 1913 года в театре-цирке «Олимп». Один господин перебрал лишнего, и его выставили на улицу. В смокинге и без шапки он пританцовывал на снегу, выплескивая свое негодование. Выскочившие вслед за ним приятели пытались затащить его обратно: «Идем, все образуется».
– Нет, вы слышите?! Меня? Вывести меня? Да на каком основании?! У меня дядя – начальник в Петербурге!
Подошел полицейский и вежливо /о, времена!/ попросил: 
– Пожалуйста, зайдите, а то простудитесь!
– Ах, так? Ну и пусть! Пусть я замерзну, а завтра дам дяде телеграмму. И тогда все узнают, какие в Самаре порядки!
Вот так. Назло всем, хоть и пострадаю / это по-нашему, мы и город на болотах можем построить «назло надменному соседу»/.
 
Ну и как не предоставить слово тем землякам, кто рассказывал о встрече Рождества в царские времена. Приведем воспоминания Юлии Павловны Рождественской из Сызрани: «На ветках елки не только игрушки, но и сюрпризы. Найдешь один из них – и столько радости, смеха! Подарки детям покупали накануне Рождества. Обычно клали их под подушку. Сладости дарили. Плюшевые игрушки – такие мягкие, милые».
 
На рождественском столе «было изобилие всего, что только можно себе представить. Обязательные блюда – заливные поросята, жареные гуси, утки, окорок, ветчина, пироги. Все это должно было присутствовать в первую очередь. А уж потом ставились разные салаты, грибочки, огурчики, прочие соления. Ну и, конечно, батарея бутылок с разноцветными наливками выставлялась на стол».
Каждое Рождество приходил священник и поздравлял всех живущих в доме с праздником. «Ходили по домам и визитеры – те, кто получал приглашения – визитки. Визитки эти выполнялись из красивой кремовой бумаги и украшались замысловатыми виньетками».
 
Наверное, и каждому из нас будет о чем вспомнить и что рассказать о новогодних днях своим внукам и правнукам. И дай Бог, чтобы они нам не завидовали.
 
 




11 января 2022
Читайте также:

Наверх