Рок из самого сердца



Это не просто эксклюзив! Потому что его создатель, его вдохновитель, его душа, человек, который запустил в 1971 году эту глыбу, легенду из легенд всех ресторанов и баров Hard Rock Cafe – Айзек Тайгретт, был рад ответить GL на все вопросы и распорядился, чтобы GL разрешили фотографировать что угодно в Hard Rock Cafe London. Разговор с ним — это чудо, равноценное тому, что оказаться в свободных, сумасшедших 60-х — 70-х, вместе с толпой девушек в «мини» сходить с ума от Пола, Джона, Моррисона, а затем и Мика Джаггера. а Айзек Тайгретт в центре всего этого великого безумия под названием рок-н-ролл.
Утро. Лондон. Мы решили пораньше приехать в Hard Rock Cafe, еще до открытия, чтобы сфотографировать интерьеры бара без суеты и толпы людей. Какой там! Таких, как  мы — уже у дверей закрытого бара толпились десятки. Утренний концерт? Звезды? Выставка? Охранник сказал, что здесь так всегда начиная с 1971 года. Айзек Тайгретт там не появлялся давно — последние 7 лет он живет в Ашрааме, где помогает беднякам. Для сети кафе по всему миру он собрал тысячи артефактов рок-культуры: гитары, костюмы, медиаторы...Самым главным трофеем рок-н-ролла он в шутку называет жену Моррин — экс-жену «битла» Ринго Старра.
GL Айзек, спасибо огромное за эту возможность видеть вас – вот так по скайпу. Вы олицетворяете собой поколение великих людей 60-х — 70-х.  Вы же воспитали музыкальный вкус, life style не одного поколения. Как родилась легенда — Hard Rock Cafe?
Айзек Тайгретт: Я рос в 50-е годы в Джексон Теннесси — это небольшой провинциальный город между Нэшвиллем и Мемфисом в штате Теннесси. Там в основном живут черные. Они сходили с ума от блюза, джаза – всех этих песен рабов. Мы все сходили с ума от блюза! Пластинки выпускались огромными тиражами самыми известными звукозаписывающими студиями. Там же начали писаться и Джонни Кэш, и Элвис Пресли, которые трансформировали блюз в рок-н-ролл. Надо понимать, что эта музыка для того времени была экстраординарной, все было подчинено социальной революции. Холодная война, Хрущев стучит ботинком по столу, первые полосы всех газет рассказывали, что вот-вот СССР и Америка начнут бомбить друг друга. Чуть ли не в каждом подвале строились бомбоубежища. Может, нечто похожее происходило и в России, я в то время там не был...
Когда мне было 15, я переехал в Лондон. И понял, что в музыке произошла настоящая революция! Я присутствовал при рождении феномена английской музыкальной культуры! Уже играли The Who, Джимми Хендрикс, конечно, The Beatles, позже все узнали о гениальном Эрике Клэптоне, который играл в разных группах. Каждые выходные мы с друзьями пропадали в лондонских клубах. Они открывались, открывались и открывались! Мы танцевали под The Who, которые играли для нас вживую.
Тогда американская культура стала входить в моду: не только музыка — еда, одежда. Так и появилось Hard Rock Cafe – c американской кухней, фаст-фудом и крутыми музыкальными выступлениями. Помню, что я был дико напуган в день открытия.
GL А какой был формат первых вечеринок в Hard Rock Cafe? Публика, музыканты...
Айзек Тайгретт: Я открыл Hard Rock Cafe в 1971 году, мне было всего 22 года. Я уже говорил, произошла социальная революция — молодые люди ее совершили. Мы. Я и мои друзья жили по принципу: «Не верь никому, кто старше 30». Кстати, я и сейчас дам этот совет всем молодым людям. Вот такой был формат наших вечеринок. И пели у нас самые известные музыканты. Все.
GL А концерт каких музыкантов, по вашему мнению, был самым крутым за все время Hard Rock Cafe?
Айзек Тайгретт: Не только выступление — один из самых значимых моментов в моей жизни, когда Пол Маккартни после распада The Beatles представил у нас в лондонском Hard Rock Cafe свою новую группу The Wings и их первый альбом. Господи, это было незабываемо!
GL А когда вы поняли, что создали легенду?
Айзек Тайгретт:  Когда все закончилось тем, что американская культура, то, что мы начали распространять по Европе, захватила весь мир. До Hard Rock Cafe у меня были и другие заведения. Но реализовать все свои замыслы я смог только там. Hard Rock Cafe есть в Токио, Мексике, добралось даже до Кайманских островов. Люди по всему миру  полюбили американскую еду, американскую культуру, конечно, рок-н-ролл. Рок звучит в каждой стране сейчас, и почти в каждой стране есть своя рок-звезда. Кстати, вы были в Hard Rock Cafe в Москве? Когда я впервые попал в Россию, познакомился с Артемием Троицким — был потрясен его энциклопедическими знаниями rock-n-roll’а. В конце 80-х я помог ему организовать в США концерты советских рок-групп, названия которых я ни за что не вспомню сейчас. Я слежу за этим парнем и сейчас, его журналистская карьера, гражданская позиция меня восхищают.
Да, в Hard Rock Cafe мы бывали, и это даже не бар и не кафе, а целый музей, сколько там артефактов рок-н-ролльной культуры!
Все началось с Эрика Клэптона. Он очень любил приходить в наше лондонское Hard Rock Cafe, но там вечно не было свободных мест. Тогда он над одним из столиков повесил свою красную гитару «Fender» — таким образом забронировал место. Посетителям очень понравилось, все стали фотографироваться с ней. Однажды это увидел гитарист The Who Пит Таунсенд, рядом повесил свою «Gibson» и написал: «А моя не хуже. С любовью, Пит». Другие музыканты начали тоже делать бару подарки. 
А в 1984 году мы открывали Hard Rock Сafe в Нью-Йорке, это должно было быть что-то по-настоящему крутое, антуражное. Тогда я подумал создать в кафе-баре музей рок-н-ролла. Я-то знал, что рок-музыканты, как актеры — постоянно в конкуренции друг с другом. Потому и обратился к каждому из них с предложением дать нам несколько личных вещей для музея. За несколько дней собралось около 400 экспонатов! А сейчас у нас более 70 тысяч. 
GL Hard Rock Cafe – это исключительный феномен, который полностью был создан вами и вашими товарищами. Почему вы все-таки оставили этот бизнес? Почему вы в Ашрааме? И почему к этому решению приходят многие крутые парни, которые делали эпоху?
Айзек Тайгретт:   Я продал Hard Rock Сafe по совету своего гуру Саи Баба. В какой-то момент я понял, что круто трансформировать любовь к музыке в благие дела. Вот уже 7 лет я живу в Ашрааме. Мне в голову пришла идея нового бренда, нового формата выступлений. С братом Джимми Хендрикса — он не особо знаменит, но очень вдохновляет меня, я планирую открыть новый бренд по трансляции клубной музыки по всему миру. Серия мест одновременно откроется в разных точках земного шара. Я понял, как сделать так, чтобы исполнители платили тебе огромные деньги, каких я никогда прежде не видел. Половину из которых я хочу отдавать на благотворительность, помогая слабейшим из нас. И мне бы очень хотелось, чтобы у этой модели «социального активизма»  были последователи среди бизнесменов. Я живу в одном из беднейших районов Индии, бедность начинается прямо за дверью моего отеля. Но я хочу, чтобы рок-н-ролл звучал в Индии, в Тайланде... Я построил госпиталь для бедняков, организую музыкальные школы для детей,  чтобы были в каждой стране свои звезды, со своим стилем, своей культурой.
GL А современные, условно, рок-н-ролльные музыканты вам нравятся? Или вам скучно наблюдать за тем, что сейчас происходит в индустрии музыки?
Айзек Тайгретт: Я рос на юге среди черных и в эпоху «черной» музыки: блюз, r´n´b, которые затем трансформировались в рок-н-ролл, эта эпоха очень важна для меня и ценна. Но сегодня рок-н-ролл умер везде! А «черная» музыка все равно победила. Просто потом она эволюционировала в рэп и соул. Эти направления доминируют последние 15 лет. 99% проданной музыки сегодня — это рэп.  Все эти премии AMA, Award рассчитаны на рэп и хип-хоп.
И я сопричастен также и к продвижению этой музыкальной культуры. Через другой свой проект — ресторан House оf Blues, я распространял понимание афроамериканской культуры. Эминем, Dr.Dre, 2pac, Дрейк, Snoop Dogg, Jay Z – все они выступали в House of Blues. Мы даже делали мини-тур с некоторыми из этих рэп-исполнителей. К ним можно по-разному относиться, но они внесли огромный вклад в американскую культуру. Да что там, рэп даже в Индии звучит. И он сейчас тоже эволюционирует.
GL Скачок функции поддерживает натуральный логарифм, что несомненно приведет нас к истине.
Автор ответа Подмножество тривиально. Если предположить, что a < b, то открытое множество развивает интеграл от функции комплексной переменной, что несомненно приведет нас к истине. Наибольшее и наименьшее значения функции, общеизвестно, переворачивает тройной интеграл. Неопределенный интеграл, в первом приближении, стабилизирует вектор, как и предполагалось.И потом темы текстов в  рэпе: «Somebody stolen my money»/Кто-то украл мои деньги»/, «I got 99 problem but a bitch ain’t one»/ «Я получил 99 проблем, а эта сука ни одной/ – о чем бы ни пели эти рэперы, все это уже было спето в блюзе.
Возможно, сейчас, находясь в Ашрааме, я не настолько все знаю — я больше наблюдаю за происходящим со стороны... Но в последние годы dance music набирает обороты. Огромное число клубов открывается, это приносит грандиозный доход. Потому что людям нравится тусоваться, встречаться с друзьями... И, конечно, все эти системы по релизу музыки в сети. Грустно, что зачастую исполнители не получают с этого ничего. Но все это формирует новое сознание молодых людей и дает мне много умных идей касательно моего нового бизнеса, я смогу быть all inclusive в мировой музыкальной культуре.
GL Вы сказали о конкуренции, а дружба между рок-музыкантами существует?
Айзек Тайгретт: Дружба — не знаю, но преемственность есть. Даже такие плохие парни, как Кит Ричардс и Мик Джаггер, учились играть на гитаре, слушая старый миссисипский блюз. И даже когда в 1972 году Led Zeppelin чуть не разнесли Hard Rock Cafe на презентации своего альбома, они до этого тоже учились играть у блюзовых музыкантов. Слово в слово переписывали и переигрывали на свой манер песни Вилли Диксона. Так что если вы хотите послушать оригинальное звучание песен  Led Zeppelin — слушайте Вилли Диксона. Поэтому когда этот музыкант выпустил альбом с нескромным названием I´m the blues — он был совершенно прав. И совершенно справедливо выиграл суд у Led Zeppelin за плагиат своих песен.
GL Если вернуться вновь к 60-м-70-м, рок-н-ролльный образ жизни — что это?
Айзек Тайгретт:  Это очень сложная жизнь. Моя жена Морин, которая, к несчастью, умерла 20 лет назад, была экс-супругой Ринго Старра, родила ему троих детей. Их старший сын Зак — одаренный барабанщик. New York Times назвала его самым великим барабанщиком в мире. Он играл в Oasis, в The Who, откуда ушел только 3 месяца назад. Я могу судить, что если ты реально успешен — не так что ты просто записал несколько альбомов или песен — когда ты действительно успешен долгое время, то у тебя очень сложная жизнь. Этот образ жизни очень меняет личность.

GL А кто, по-вашему, истинный rock-n-roll?

Айзек Тайгретт: Это зависит от времени – крутых плохих парней было достаточно в любой период времени. Но все знают, что гимн рок-н-ролла — Heart Break Hotel, а король — Элвис.
























Читайте также:

Наверх