«Архитектура – моя жизнь!»

 

Он внёс неоценимый вклад в архитектурный облик города. Талантливый архитектор, человек со строгими жизненными принципами, Владимир Борисов поделился с читателями GL собственной биографией и рассказал, чего сегодня не хватает самарской архитектуре.

«В городах необходимо создать среду с нормальными условиями жизни, а не застраивать сотнями высоких домов. Излишество приводит к неудобству и искажает красоту городского облика»

эскизное предложение по архитектурному комплексу на набережной IV очереди. Арх. В.А. Борисов. 1984 г.
 
Уютная квартира недалеко от здания областного суда. Стены украшены проектными работами. Они собраны к 75-летию Владимира Борисова, и их количество равно юбилейной дате. Удобно устроившись в кресле, архитектор начинает свой рассказ...
 
Владимир мечтал об архитектуре с раннего детства. Боялся, что дорога туда ему закрыта: зрение у будущего архитектора уже в раннем возрасте было -8. Но от мечты не отступил и после окончания школы уехал в столицу узнать условия поступления в Московский архитектурный институт.
 
«От меня потребовали справку о состоянии здоровья. Естественно, комиссия узнала о моей близорукости, и… меня попросили забыть о технических вузах, предложили искать себя в гуманитарном направлении. А я не гуманитарий, всегда любил точные науки и разбирался в них. Пришлось идти на небольшую хитрость: сделал другую справку, согласно которой мое зрение стало -3. Я подал документы в наш строительный институт. Архитектурного отделения здесь не было, пришлось поступать на ПГС. Но из-за случившейся нелепости пришлось изменить решение. Не хотелось терять год.
На тот момент приём в институтах уже закончился, и единственным шансом оставался Гидротехникум на Самарской площади. Его Владимир Борисов окончил с красным дипломом. Перед получением диплома будущего архитектора отправили на практику в Киев, где ему пришлось участвовать в строительстве политехнического института на Брестско-Литовском шоссе и освоить ряд профессиональных навыков. Первым местом работы стал трест «Волгаэлектросетьстрой», находившийся в то время в Сызрани. Там он получил направление на строительство ЛЭП-500 на трассе Канск – Тайшет, куда и пришлось отправиться Владимиру. 4 апреля 1960 года он прибыл на станцию Иланская. 

 
фонтан в честь 30-летия Победы
 
«В этот момент мне домой пришла повестка в армию. В конце ноября пришлось уволиться. И в армию не взяли: на комиссии сказали, что не подхожу по зрению. Отец моего друга познакомил меня с главным архитектором города. Так я стал работать в Горпроекте. Учиться пришлось на вечернем отделении ПГС. Начинал техником, а закончил руководителем архитектурно-строительной мастерской. Это был отличный опыт! То, что ребята выучили в институте за 6 лет, я освоил на практике за то же время. Там проработал до июня 1996 года».
 
Первый проектный опыт Борисова случился, когда он работал у архитектора Вагана Каркарьяна. Они делали генплан застройки поселка Нижний Ломов в Пензенской области. Каркарьян поручил будущему архитектору сделать развертку фасадов: проект, где полноценной картинкой можно было увидеть, как будет выглядеть улица после строительства. В дальнейшем работа Борисова вошла в состав генплана Вагана Каркарьяна. 
…После 1996 года с работой было трудно. В том числе по семейным проблемам: мать Владимира Борисова, оставшаяся одна, заболела. Из-за ухода за мамой Владимир не мог работать полный рабочий день. Он ходил по фирмам, убеждал, что за половину рабочего дня сможет сделать больше, чем другие за полные ежедневные рабочие часы, но все тщетно. В результате последними объектами прекрасного архитектора стали работы по частным заказам.  
За почти 45-летний стаж деятельности на счету Владимира Борисова десятки значимых для города объектов. Он трудился над разработкой типовых жилых домов серии «90К» для строительства в Поволжском регионе, над спортивным корпусом завода «Электрощит», над эскизами станции метро «Победа» и «Площадь революции», над 8-12-этажным жильем со встроенными культурно-бытовыми помещениями на Самарской площади и над многим другим.
 
«Самым интересным моим объектом считаю фонтан, который был возведён в Сквере Победы в 1975 году в честь 30-летия Победы. Мы проектировали его вместе с Ваганом Каркарьяном, а художественным оформлением занимался Рудольф Баранов. Идея была нашей общей, и получилось довольно удачно. Георгиевская лента, впервые примененная в Куйбышеве, как главнаый архитектурный элемент, символизирующий несгибаемую волю и мужество советских солдат в Великой Отечественной войне, 30 струй – годы, прошедшие после окончания войны, слезы горя и радости, цветное панно днища фонтана – как апофеоз Победы. Вместе они создали архитектурное произведение, достойное памяти эпохи того времени. Панно мы делали из дорогой смальты, которую выкладывали вручную. Жаль, что фонтан не сохранился в первоначальном виде до наших дней».
В свободное время Владимир Борисов любит писать необычные стихи, где главной темой выступает архитектура. Одно из стихотворений Владимира Андреевича посвящено скульптуре «Ладья» на Самарской набережной. Оказывается, он работал и над её созданием. 
 
 «Я предлагал свой проект. По задумке, скульптура должна была отражать самарскую историю. На самой Ладье – князь Григорий Засекин внимательно смотрит в сторону Волги. А у подножия должен был находиться фонтан с шестью струями, символизирующими шесть крупных рек, впадающих в Волгу ниже реки Самары. Сами реки Самара и Волга изображались в виде двух женских фигур, обращенных друг к другу. К сожалению, в результате архитектурная композиция имеет иной вид».
Владимир Борисов отмечает, что вид Самары значительно отличается от облика Куйбышева. Масштабная застройка привела к тому, что город становится похож на бетонные джунгли, и такой проблемой, по мнению архитектора, страдают все мегаполисы. 
 
«Вы видели наш город сверху? Он выглядит как колоссальный полигон, заполненный кирпичом и бетоном. Сегодня, на мой взгляд, в городе слишком много высоток, и все они расположены близко друг к другу. Очень нагромождено, какое-то давящее ощущение. Многие здания создают впечатление, что архитектор вложил в них абсолютно все, чему его учили в институте. Так нельзя. Вот вроде смотришь – здание красивое, а рассмотреть целиком его нельзя. В результате мы теряем общий вид архитектурной композиции, которая была задумана изначально».
 
Несмотря на недовольство нынешним архитектурным обликом Владимир любит Самару по-прежнему. Признается: ему нравится гулять по нашей набережной, любоваться Волгой и закатами. Особая любовь у архитектора к скверу Памяти на Самарской площади, ведь именно он принимал участие в его формировании. 
 
Владимир Борисов говорил много: о дружбе с Ваганом Каркарьяном и Рудольфом Барановым, поездке во Францию, родных и близких. Семья, кстати, у Владимира замечательная: любящая супруга, дочки, внук. Они тоже находились в квартире во время нашей беседы, но скромно проходили мимо, боясь помешать. Один раз Владимир указал рукой на внука: вон, мол, какой большой стал, 9-й класс заканчивает. Владимир Борисов гордится своей семьей /конечно, даже больше, чем работой/. Две большие ценности в жизни самарского архитектора – родные люди и архитектура. 

типовые жилые дома серии«90К»

«У меня все спрашивают о работе с Ваганом каркарьяном. я отвечаю: это было отлично! Замечательный человек, друг, коллега. Мы были на волне взаимопонимания. Вы когда-нибудь видели Вагана Каркарьяна, общались с ним? Если нет, вам просто не повезло»

08 июля 2020
Читайте также:

Наверх